Так с людьми нельзя! Или страдания в Севастопольском “Кошкином доме”

Дата: 28 Март 2015 Рубрика: Основная рубрика Комментарии: Нет комментариев


p3_A5fZ1IkQ“ИНФОРМЕР” оставляет данное письмо нашего читателя без комментариев……

 

    Я, Хуголь Елена Викторовна, мать двух не совершеннолетних детей. Первый 2005 года рождения, второй 2014 года рождения. Муж сейчас не имеет постоянной работы. Нахожусь в декретном отпуске с 27 октября 2014 года. С сентября 2010 года работала в СНУЯЭиП. А с апреля 2011 года рентгенолаборантом в медсанчасти СНУЯЭиП. Я работала в этой должности до ухода в дородовой отпуск.
9 июня 2014 года в отделе кадров СНУЯЭиП я написала заявление об уходе в отпуск по беременности и родам, на основании больничного листа с 9 июня 2014 года по 12 октября 2014 года. Заявление было принято, больничный лист отправлен в бухгалтерию. Так как роды были преждевременные мне выписали второй больничный лист с двумя дополнительными неделями с 13 октября 2014 по 26 октября 2014 года. Этот больничный лист я принесла в отдел кадров СНУЯЭиП . Там же на имя и.о. ректора Кирияченко В. А. написала заявление об уходе в отпуск по уходу за ребёнком до 3-х лет с 27 октября 2014 года до 2017 года.
Заявление было принято, зарегистрировано и подписано и.о. ректора Кирияченко В.А. . Выписку из приказа я взяла на руки и сдала в Нахимовский Собес. С 1 ноября 2014 года медсанчасть СНУЯЭиП полностью сокращалась. В связи с этим, в отделе кадров СНУЯЭиП у Бернадской С.В. я поинтересовалась, будут ли сокращать и меня, на что мне ответили – так как вы в декретном отпуске, то сокращать вас не будут, но на какую должность вы вернётесь из декретного отпуска, мы не знаем.

В декабре 2014 года Бернадская С.В. вызвала меня в отдел кадров СНУЯЭиП. В отделе кадров мне выдали два образца заявлений одно на увольнение по соглашению сторон на имя и.о. ректора СНУЯЭиП Кирияченко В.А., второе на приём на работу на имя ректора СГУ Кошкина В.И. и сказали написать мне такие же, мотивируя это тем, что СНУЯЭиП ликвидируется и все мы переходим на работу в СГУ. Заявления в другой форме они не принимали. И такие же заявления писали все работники СНУЯЭиП. Заявления были мною написаны. Я задала вопрос: нужно ли мне в связи с переходом в СГУ переписывать заявление на отпуск по уходу за ребёнком до 1,5 лет согласно российским законом. Бернадская С.В. ответила мне, что сейчас писать его не нужно, будете писать его в январе 2015 года, а сейчас к этим заявлением необходимо донести копию российского паспорта и копию снилса.

В 20-х числах декабря я принесла в отдел кадров СНУЯЭиП копии требуемых документов и поинтересовалась, что с моими заявлениями. Бернадская С.В. сказала мне, что моё заявление об увольнении подписано, а заявление о приёме на работу не подписано, объясняя это тем, что ещё никому не подписали.

31 декабря 2014 года я обратилась к начальнику отдела кадров СНУЯЭиП Кравцовой Ю.Л. с вопросом – Почему моё заявление о приёме на работу не подписано? – На что мне она ответила, что вообще-то работодатель имеет право не принять Вас на работу. Я поинтересовалась у неё, могу ли я отозвать или изменить своё заявление на увольнение? Кто занимается моим вопросом, и кому или куда я могу пожаловаться? Она мне ответила, что мне выгоднее быть уволенной по этой статье, а иначе я останусь в украинской организации, и кто и что будет мне платить не понятно. Занимается моим вопросом она, а жаловаться не куда не надо. Она надеется, что моё заявление будет ещё подписано. Тем самым она мне оставила надежду, что меня примут на работу в СГУ.

16 января 2015 года я сама пришла в отдел кадров СНУЯЭиП узнать, что с моим заявлением о приёме на работу. В отделе кадров у меня спросили, зачем я пришла, я ответила, что я нахожусь в декретном отпуске и пришла узнать о заявлении о приёме на работу. Тогда взяли мою карточку, нашли мою трудовую книжку. Нашли приказ об увольнении. Положили передо мной и сказали ознакомиться и расписаться в нём. Там говорилось об увольнении и начислении каких-то денег. Тут же при мне стали вписывать в мою трудовую книжку запись о моём увольнении по соглашению сторон. После чего отправили меня в конференц-зал к Бернадской С.В., где она с работниками канцелярии принимала документы на приём на работу в СГУ. Бернадская С.В. попросила меня повторно написать заявления об увольнении по соглашению сторон и заявление о принятии на работу, указав в них 31 декабря 2014 года и 1 января 2015 года соответственно. На мои возражения о том, что я уже писала такие заявления, она настояла на том, чтобы я писала именно в такой форме и именно такими датами. Работником канцелярии мои заявления были тщательно проверены на соответствие распоряжениям Бернадской С.В..

К этим заявлениям я приложила расписку об обязательстве пройти медкомиссию до 1 марта 2105 года, принести справку об отсутствии судимости и инн. А так же копии диплома, аттестата, паспорта, свидетельства о рождении обоих детей, свидетельства о браке, три фотографии, автобиографию, личный листок по учёту кадров, трудовой договор за моей подписью, копию и оригинал трудовой книжки. Документы мои были проверены и приняты по распоряжению Бернадской С.В.. Я поинтересовалась у неё, куда прийти за выпиской из приказа, после подписания Кошкиным В.И. о приёме на работу. Она мне ответила, что она не знает, когда он подпишет. Адрес куда обращаться за результатом тоже не сказала. Но однозначно пояснила, что все декретчицы остались в штате СНУЯЭиП и что нас не увольняли.

25 февраля, узнав о том, что других работников находящихся в декретном отпуске вызывают в отдел кадров расписываться в приказе о принятии на работу, я поехала в отдел кадров, который переехал в СГУ. До этого времени ни кто из должностных лиц СНУЯЭиП меня ни о чём не уведомил. В отделе кадров Кравцова Ю.Л. мне сказала, что мои документы ещё в январе были рассмотрены, не подписаны и возвращены в СНУЯЭиП. Не подписали в связи с тем, что я уходила в отпуск по уходу за ребёнком с медицинской должности. Я поинтересовалась, что мне делать дальше и к кому обращаться по моему вопросу. На что вразумительного ответа я не получила и со мной просто прекратили разговаривать. Так как я засомневалась, что мои документы вообще подавались ректору СГУ Кошкину В.И., я пошла в его приёмную. Там я узнала от его секретаря, что приём он не ведёт, и написала в канцелярию письмо на его имя с просьбой рассмотреть моё заявление и документы, которые я подавала 16 января 2015 года.

3 марта 2015 года я ходила на приём к прокурору Шевченко И.С., где рассказала о сложившейся ситуации и оставила заявление с просьбой провести проверку отдела кадров СГУ, который занимается работниками СНУЯЭиП и моими документами, на предмет нарушения законодательства РФ и города Севастополя и принять меры к устранению нарушений, а так же по содействовать мне в сохранении за мной рабочего места, так как увольнять из декретного отпуска запрещено законами РФ.

13 марта 2015 года я получила ответ из СГУ за подписью ректора Кошкина В.И.. В ответе подчёркнуто, что в штатном расписании Севастопольского государственного университета отсутствуют должности медицинских работников. Получать лицензию на осуществление медицинской деятельности университет не планирует. Севастопольский государственный университет, как работодатель, вправе принимать решения о потребности в сотрудниках различных квалификационных категорий и не имеет перед Вами юридических обязательств по трудоустройству, так как не является правопреемником Севастопольского национального университета ядерной энергии и промышленности.

17 марта 2015 года я была на приёме у Кирияченко В.А., на имя которого я писала заявление об увольнении. Где ознакомила его с моей ситуацией в ответ на что, он сказал, что ничего не знает, и что ему очень жаль, что я написала заявление на увольнение. Приказа писать заявления на увольнения в такой форме он не давал. И по всем вопросам отправил меня опять в отдел кадров к Кравцовой Ю.Л. и Бернадской С.В. . На мой вопрос, в каком статусе находится сейчас СНУЯЭиП, он ответил, что 31 декабря 2014 года эта организация перестала существовать, и все сотрудники с 1 января 2015 года переведены в СГУ.

Из выступления от 23 марта 2015 года сенатора от города Севастополя Ольги Тимофеевой , на котором рассматривались схожие с моей ситуации в различных бюджетных учреждениях, узнала, что прокуратура города Севастополя считает действия руководства этих учреждений законными.

Таким образом, получается, что меня просто выкинули на улицу, воспользовавшись реорганизацией СНУЯЭиП, и оставили без пособия по уходу за ребенком до 1,5 лет, которое по российским законам получают только работающие мамы.

Так же я сомневаюсь в подлинности подписи в письме от ректора СГУ Кошкина В.И. и в том, что он видел моё заявление о приёме на работу. Считаю, что в этой ситуации я заведомо была введена в заблуждение, для того чтобы использовать написанное мной заявление об увольнении по соглашению сторон, для того что бы лишить меня возможности работать.

«ПАРТИЯ ВЕТЕРАНОВ РОССИИ» в г. Севастополь

по материалам: “Крымский новостной портал “INFORMER”

 

Оставить свой комментарий

Рубрики
Наверх